шевными звуками. Индейцы с таким пристальным вниманием смотрели на ска-
лы, что, казалось, они сами превратились в камни.
мало-помалу его суровые черты смягчились. Может быть, в уме охотника
воскресли воспоминания детства, тихие дни, когда ему приходилось слышать
такие же псалмы из уст матери. Задумчивые глаза жителя лесов увлажни-
лись, слезы покатились по его обветренным щекам, хотя он скорее привык к
житейским бурям, чем к проявлениям душевного трепета. Пронесся один из
тех низких, замирающих звуков, которые слух впивает с жадным восторгом,
точно сознавая, что это наслаждение сейчас прервется... И вдруг раздался
вопль, не похожий ни на человеческий крик, ни на вопль другого земного
существа; он потряс воздух и проник не только во все уголки пещеры, но и
в самые укромные тайники человеческих сердец. Вслед за этим наступила
полная тишина; чудилось, будто даже воды Гленна остановились, пораженные
ужасом.
ожидая повторения вопля, и молчанием выражали свое изумление. Наконец
они быстро и серьезно заговорили между собой на делаварском наречии. По
окончании их беседы Ункас осторожно выскользнул из отдаленного выхода
пещеры.
чение тридцати с лишком лет изучали леса. Я думал, что моему слуху зна-
комы все крики индейцев, все звериные голоса, но теперь вижу, что я был
просто тщеславным, самонадеянным человеком.
пугать врагов? - спросила Кора, спокойно опуская на лицо вуаль, в то
время как ее младшая сестра заметно волновалась.
что-то неестественное. Если бы вы хоть раз слышали боевой клич индейцев,
вы никогда не приняли бы его за что-нибудь другое... Ну что же, Ункас? -
снова по-делаварски обратился разведчик к возвратившемуся в пещеру моло-
дому могиканину. - Что ты видел? Не просвечивает ли наш огонь сквозь за-
весы?
речии.
вольствием покачивая головой. - Но наша стоянка все еще остается тайной.
Перейдите в другую пещеру, леди, и постарайтесь заснуть: вы нуждаетесь в
отдыхе. Мы поднимемся задолго до восхода солнца, и нам придется торо-
питься, чтобы дойти до форта Эдвард, пока минги будут спать.
принуждена последовать ее примеру. Однако, выходя из пещеры, она шепотом
попросила Дункана пойти вместе с ними.
годарить его за внимание, девушки увидели, что разведчик снова уселся
над потухающими углями, закрыв лицо руками, и, по-видимому, весь ушел в
раздумье о непонятном звуке, который прервал вечернее пение.
осветил узкую пещеру, где девушкам предстояло провести ночь. Дункан ук-
репил свой светильник в трещине камня и подошел к сестрам; они остались
с ним наедине в первый раз после отъезда из форта Эдвард.
страшном месте, особенно теперь, когда ужасный вопль еще звучит у нас в
ушах.
ветил Хейворд, - а потом поговорим об остальном.
лым одеялом, и, отодвинув его, вдохнул полной грудью свежий, живительный
воздух, веявший от водопадов. Ближайший рукав реки стремился по узкому
глубокому ущелью, прорытому течением в мягком камне. Вода неслась у са-
мых ног молодого офицера и, как ему казалось, образовала отличную защиту
с этой стороны.
ный поток под обрывом, и опустил завесу, - и вы сами знаете, что чест-
ные, верные люди охраняют вас. Поэтому, почему бы вам не воспользоваться
советом Соколиного Глаза? Я уверен, Кора согласится со мной и скажет,
что вам обеим необходимо заснуть.
вашему совету, - проговорила старшая из девушек, устроившись рядом с
Алисой на ложе из ветвей сассафраса. - Если бы мы даже не слышали непо-
нятного, страшного крика, нам все равно было бы трудно заснуть. Скажи-
те-ка сами, Хейворд, могут ли дочери позабыть о том, как должен трево-
житься их отец, не знающий, где они и что с ними случилось в этой глуши
среди стольких опасностей?
лесов.
какой любовью исполнял все мои желания! - со слезами произнесла Алиса. -
Кора, мы поступили неблагоразумно, предприняв эту рискованную поездку.
приехать к нему в такое беспокойное время, но я хотела доказать ему, что
если на других он не может положиться, то его дети остались ему верны.
сказал Хейворд, - в его душе произошла жестокая борьба между страхом и
любовью, и любовь одержала победу. "Я не хочу останавливать их, Дункан,
- сказал он. - Дай боже, чтобы все защитники нашего короля проявили, по-
ловину той смелости, которую проявила Кора".
спросила Алиса. - Я уверена, что папа не мог совсем позабыть о своей ма-
ленькой Эльси...
ласковых слов, которые я не осмелюсь повторить, чувствуя, однако, их
справедливость. Раз он сказал...
ве дочерней любви повернулась к нему, чтобы услышать слова отца, когда
снова пронесся тот же ужасный вопль, и вслед за тем наступило долгое
мертвое молчание. Все переглядывались, со страхом ожидая повторения ди-
кого воя. Наконец медленно отодвинулось одеяло, и в отверстии пещеры по-
казалась фигура разведчика; суровая твердость его лица сменилась неуве-
ренностью при мысли о таинственных звуках, казалось, предвещавших неми-
нуемую опасность, перед которой были бессильны и ловкость его, и опыт-
ность.
предупреждением, которое дается нам для нашего же блага. Пусть нежные
создания побудут в пещере, но мы, то есть я и могикане, пойдем на скалу
сторожить. И, полагаю, майор шестидесятого полка присоединится к нам.
опасности. Я буду считать себя недостойным человеком, если стану пря-
таться в нору, слыша такое знамение в воздухе. Даже слабая душа, которая
проводила свои дни в псалмопении, взволнована этими звуками и говорит,
что "готова идти вперед на битву". Но если бы нас ждала только битва, то
с этим мы бы успешно справились. Но я слышал, что, когда между небом и
землей разносятся подобные крики, это предвещает не совсем обычную вой-
ну.
ными причинами, то нам не стоит слишком волноваться, - продолжала невоз-
мутимая Кора. - Но не думаете ли вы, что наши враги хотят запугать нас и
этим своеобразным путем без труда одержать над нами победу?
лет прислушивался я ко всем лесным звукам, как прислушивается человек,
жизнь и смерть которого зависят от чуткости его слуха! Меня не обманут
ни мурлыканье пантеры, ни свист пересмешника, ни крики дьявольских мин-
гов. Я слыхал, как лес стонал, точно человек в жестокой печали; слыхал я
и треск молнии, когда от ее огненных стрел разлетались сверкающие искры.
Теперь же ни могикане, ни я - мы не можем объяснить себе, что это был за
вопль. И потому мы думаем, что это - знамение неба, посланное для нашего
блага.
пещеру, положил на камень. - Все равно: знамение ли это мира, или призыв
к бою - нужно выяснить, в чем дело. Идите, друг мой, я следую за вами.
вдохнули не душный воздух грота, а бодрящую прохладу, которая стояла над
водопадами и водоворотами. Сильный ветер реял над рекой и, казалось, от-
носил рев воды в глубину гротов, откуда слышался непрерывный гул, напо-
минающий раскаты грома за отчаленными горами. Луна поднялась, ее свет
кое-где играл на поверхности воды; тот же край скалы, на котором они
стояли, окутывала густая мгла. За исключением гула падающей воды да
Орловский Гай Юлий
Панов Вадим
Гуль Роман Борисович
Посняков Андрей
Посняков Андрей
Роллинс Джеймс