и нянька, и даже Алана - обернулись, как ужаленные.
щеках синие тени, в глубоко запавших глазах - лед:
вздорно.
него, как на некоторых людей действует высота. Стражники молчали, потупив
глаза.
Тории - он будто заключал меня и девочку в прозрачный кокон. Лейтенант
опять же с поклоном протянул Тории бумагу, она пробежала глазами по
казенным строчкам - и, может быть, только я разглядела, как расширились ее
зрачки.
У него есть алиби и есть человек, который может его подтвердить! В то
время как ваш убийца уже душил, Луар Солль был в нескольких днях пути
отсюда, и я была вместе с ним!
глядела снизу, и в круглых глазах ее отражалось испещренное облаками небо.
спросил дом, спросила Тория, и спросило облачное небо: "А кто ты такая?"
"заинтересованный".
Лейтенант сквозь меня:
Я пойду к бургомистру... Пусть меня спросят. Я поклянусь жизнью, что
человек по имени Луар Солль не совершал тех ужасных преступлений, в
которых его обвиняют. Мало того, что он по природе своей не в состоянии
быть убийцей - но в последние дни весны он был далеко, и я кровью
поклянусь, что это так! - я говорила все громче, и губы мои тряслись.
или нет.
же. Я всем докажу... Пусть меня пытают. Я покажу под пытками. Ну?
Тории; он походил на зависшую в воздухе мертвую птицу.
что в случае, если господин Луар появится здесь, следует немедленно дать
знать... в город. Властям. Я рассчитываю на... ваше благоразумие.
отпуске.
и даже запустила вслед ссохшимся комком земли, но, конечно,
промахнулась...
поняла вдруг, что за спиной у меня кто-то стоит. Подавилась очередным
проклятием; не оборачиваясь, поняла, кто это.
Луара... Нет. Или он совсем рехнулся, - внезапно озлившись, я забыла, о
ком говорю. - Своего собственного сына...
сразу язык долой. Калеными щипцами.
уходит в дом - сгорбленная, будто старуха.
бельем; Алана, молчаливая и сосредоточенная, пускала здесь же, в корыте,
деревянную лодочку. Под моими руками рождался пенистый шторм - лодочка
прыгала на волнах, и Алана деловито подправляла ее хворостинкой.
посуды. Потом в доме сделалось тихо; еще спустя минуту старуха появилась в
дверях черного хода, и выражение ее лица заставило меня прекратить работу.
мама зовет.
Некоторое время мы неотрывно глядели друг другу в глаза.
случится. Я посторожу.
сама на минуту поверила, что ее страхи относятся именно к лодке.
спину. На платьице осталось мокрое пятно; машинально вытирая руки о
передник, я смотрела, как Алана идет к дому. Не раз и не два мне
показалось, что она готова развернуться и задать стрекача.
присела на трухлявую плашку, как-то сразу ощутив немыслимую, многодневную
усталость.
переливались радужными пятнами и беззвучно лопались; пена в корыте таяла,
как весенний снег.
пальцах мокрый передник: опять? Может быть, за мной? Как я сказала вчера -
пусть пытают... Я покажу под пытками...
пытаясь справиться с оцепенением. Тория... Они сейчас... Они вдвоем,
нельзя мешать... Этот новый визит, как некстати...
двоим, что наконец-то соединились; встретить же пришельцев некому, кроме
меня.
всадник один - а больше и не надо, одного конвоира вполне достаточно...
закрытых ворот просунулась рука. Ловко, привычным жестом отворила засов -
я и рта не успела раскрыть, а половинка ворот уже качнулась, распахиваясь,
и в растущем проеме показалась сперва лошадиная голова с пеной на губах,
потом широкая вороная грудь и уже потом - всадник, на этот раз без
красно-белого мундира.
стремительно обежали двор и задержались на запертой парадной двери, на
крыльце, с которого моими стараниями стерты были следы запустения...
что ноги мои враз ослабели.
ступеньках крыльца...
головы с десятка белых одуванчиков.
шагами.
казалась Луару скрюченной птичьей лапой.
Луара, хотя слов было не понять. Луаров слух сделался странно
избирательным - он слышал возню стражников на лестнице, сопение
старичка-служителя, крик воробьев под окнами, даже, кажется, робкие усилия
гнездящейся между стенами мыши - а вот слова Эгерта Солля, сказанные
именно для Луара, теряли смысл, просто лились, как вода.
знакомые интонации; он был в безопасности, он знал, что встречи не
случится. Приятно смотреть на огонь - но залезть в него решится не каждый;
Луар слишком хорошо помнил последнюю встречу с бывшим отцом... Хотя нет,
последняя была в лесу, в стане Совы... Скрестить оружие не страшно. А вот
тот ковер на полу каварренского дома, распрямляющиеся ворсинки... Он не
хотел бы проходить через это снова. Избавьте.
Юрьев Сергей
Прозоров Александр
Кервуд Оливер Дж.
Контровский Владимир
Корнев Павел
Роллинс Джеймс