Чтение 10–й страницы книги ~Чума на ваше поле!~

конец в глаз Аскольду, - может заключаться в личной нечистоплотности
супруги, в отсутствии правильного питания и распорядка дня. Да что вам
говорить, вы же сами, полковник, разведены... к сожалению.

- У меня другое дело.

- Знаю, знаю... и знаю при том, что других дел не бывает. Вот так-то,
голубчик.

Стороны остались на своих позициях.

В заключение беседы Ивану Тимофеевичу приказали продолжать
контролировать мафию в Веревкине и Тульской области, а также не спускать
глаз с Елены, потому что она находится в тревожном и нервном состоянии, и
никто не знает, успел ли ее бывший муж чем-либо поделиться с бывшей женой.
Как сказало начальство на прощание? "В нашем деле самое опасное -
дилетанты, то есть любители".

Через две недели после похорон к Елене пришел директор. У Лены не было
к нему претензий, потому что школа оплатила похороны, все пришли на
кладбище, но поминок Лена устраивать не стала. Впрочем, некоторые ее
понимали, а другие осуждали, потому что надо соблюдать народные традиции.

Директор пришел и сказал:

- Пора за работу приниматься. Не может больше школа без физкультурника.

- Я думала, что вы уже нашли.

- Где у нас найдешь, за такую зарплату. Поработай...

- Я хочу уехать из Веревкина.

- До каникул, до Нового года поработаешь, и я тебя отпущу.

- Может, не дотерплю.

- Да ты выйди, нельзя дома сидеть. Помрешь с тоски.

Директор ушел, добившись от нее обещания заглянуть в школу. Лена
пришла, все делали вид, что она болела ангиной, потому пропустила
несколько уроков. Даже в зале дети делали вид, что ничего не случилось.
Странно, почему вдруг распространяется такой гуманизм... тактичность?
Откуда это?

Лене было приятно осознать, что она помнит учеников по именам.

Недели в школе как раз выпали на период ожидания.

Лена сдала анкету и фотографии - она хотела получить иностранный
паспорт. К счастью, в Веревкине нет ОВИРа и ездить надо было в Тулу. А то
бы в городе все уже знали, что, не успев похоронить близких, эта женщина
собралась в круиз!

К тому же надо было заказать билет. И не просто билет, а сделать это
через туристическое агентство. Ведь если она прилетит в Таиланд, то она
даже не знает, в какую гостиницу ехать.

Вечерами Лена занималась английским языком - сама, с пластинками,
которые остались от попытки сделать из Бори джентльмена. И конечно же, она
изучала географию. На уровне университета. Географию Юго-Восточной Азии.
Так называемого Золотого треугольника.

Это местность, расположенная рядом с Бирмой, которую правящие там
генералы велят всем называть Мьянмой, что могло бы быть даже смешно.
Представляете, что англичане вдруг заставят нас именовать их страну "Грейт
Бритн". Иначе разорвем с вами всякие отношения!

С Бирмой граничит страна Лаос, которая было построила социализм, но
вроде потом отказалась и теперь живет мирно и прилично. Наконец, к этому
треугольнику примыкает и Таиланд. Там, на стыке трех стран, лежат горы,
где нет государственной власти, а правят только местные вожди и бандиты.
Они контролируют все посадки опиумного мака и его переработку в опиум.
Есть у них и настоящие фабрики, где опиум переплавляют в героин, потому
что героин настолько концентрированный наркотик, что его можно привезти в
кармане и погубить сотню таких мальчиков, как Боря.

Вот туда Лена и собралась.

Она не стала оставлять в ОВИРе открытку, боялась, что перехватит
Александра Ивановна или кто еще из любопытных почтарей. Раз в неделю она
звонила туда, и невежливая девочка сначала отказывалась смотреть, не
поступило ли ее дело, но потом соглашалась и говорила, что не поступило.
Когда же она сказала, что документы пришли, Лена так удивилась, что стала
переспрашивать. Девочка сказала что-то обидное и бросила трубку.

После уроков Лена поехала в Тулу, еле успела до закрытия и вымолила у
девочки, оказавшейся некрасивой и очкастой, свой паспорт, хотя другим она
отказала.

На следующий день Лена сказалась больной, ей не терпелось, она с первым
же поездом поехала в Москву.

На вокзале в Москве ей почудилось, что за ней следят.

Она не стала рисковать, а села в такси, которое в Москве очень дорого
стоит, и велела ехать в Библиотеку иностранной литературы. На ходу
придумала.

Возле библиотеки, скучного здания между улицей и набережной Яузы, она
увидела скверик, совсем пустой, на холме. Она велела таксисту остановиться
возле него, забралась туда, села на пустую лавочку и стала смотреть на
высотку на Котельнической и кинотеатр "Иллюзион".

Оказалось, что на этот раз предчувствия ее не обманули.

Через две минуты возле библиотеки остановилось такси - из него вышел
парень со скошенным подбородком. Здравствуйте-пожалуйте, давно не
виделись!

Как же он выследил ее? Неужели они в нее вкололи какой-нибудь препарат
или маячок? При современной науке это вполне возможно.

Ее выследили по номеру такси. Такси было с радиотелефоном, и Скошенный
подбородок заметил, как она садится в машину. Из другого радиотакси за
десяток долларов узнали, куда повезли клиентку - к Библиотеке иностранной
литературы.

В библиотеке Лену не нашли. Скошенный подбородок вызвал подмогу,
обыскали "Иллюзион" и окрестные дворы, проехали по набережной Яузы.

Когда Скошенный подбородок вошел в библиотеку, Лена выбралась из
скверика и через дворы старинной больницы на улице Радищева выбралась в
тихий переулок. Потом поехала в агентство. Агентство она отыскала через
газету, там продавали дешевые билеты и индивидуальные путевки. Дама с
волосами цвета красного дерева была любезна, но равнодушна.

Домой Лена возвратилась к вечеру.

Она не скрывалась, и они ее подхватили на вокзале. Там дежурили
сотрудники. Они вели ее до дома в Веревкине. Но это уже не играло роли. Ни
для нее, ни для ФСБ.

Лена подготовила версию: ездила в "Москву заниматься английским языком
в библиотеке. С детства она увлекается иностранными языками, а теперь
подумывает изменить Родине.

Аскольд пришел к ней на следующий день, в четыре, после уроков.

Было еще совсем светло, и поэтому Лена открыла дверь, не спросив, кто
там. Она думала, что соседка или почта.

Оказалось - главный бандит.

Конечно же, Лена не подозревала, что Аскольд, он же Иван Тимофеевич, -
полковник госбезопасности, успешно внедренный в наркомафию Веревкина,
волею судеб попавшего в самое сердце мировой сети продажи и
транспортировки наркотиков. Лена думала, что он бандит, и относилась к
нему как к бандиту. И сейчас, когда увидела его перед дверью, испугалась
его как бандита, хотя, может быть, она бы испугалась еще больше, если бы
догадалась, что он чекист.

- Только не закрывайте дверь, вы можете прищемить мне нос, - пошутил
полковник. - Я к вам на минутку. Просто хочу узнать, как живете.

- Я не хочу с вами разговаривать.

- Клянусь вам, что не имею никакого отношения к смерти вашего сына. Я
делал все, чтобы его спасти.

- Мне все равно.

- Да вы не бойтесь. - Аскольд как-то ловко отстранил ее и проник внутрь
квартиры. Он прошел на кухню, будто знал расположение комнат, бывал здесь
раньше, и Лена подумала - он уже меня обыскивал.

Аскольд уселся за покрытый клеенкой стол, за которым уже никогда не
будут сидеть ни Николай, ни Боря, и попросил чаю.

Лена даже не сделала никакого движения. Хозяйка всегда автоматически
делает движение к плите.

- Не буду навязываться, - усмехнулся Аскольд. Лена никогда не имела
возможности рассмотреть своего главного врага на свету и сейчас удивилась
тому, что он куда старше, чем ей казался: у него была кожа как скала на
ветру - она осыпалась и вся была в трещинках.

- Как вы намереваетесь дальше жить? - спросил Аскольд. - Не может быть,
чтобы вы не строили планов.

- Я уеду отсюда, - сказала Лена. - До каникул доработаю, а потом уеду.

- В Москву или к родственникам в Курскую область?

Аскольд показывал, что от него нигде не скроешься.

- В Москву, - сказала Лена.

- Но надеюсь, что никаких глупостей вы не придумали?

- Нет, не придумала.

Она даже не улыбнулась.

- Учтите, я держу вас под контролем.

- Вот спасибо!

- Не иронизируйте. Мне еще не хватало глупостей. Кстати, вы не нашли
тогда никаких записей Николая?

- Вы же знаете, что я ничего не нашла. И даже не искала. Мне было не до
этого.